Только что, вот только что прочитала в фейсбуке реплику «профессионального психолога» о флешмобе #яНеБоюсьСказать. «Что дает столь вопиющая откровенность? Терапевтический эффект? Как профессиональный психолог со стажем скажу, что нет — не дает. Эффект от терапии возникает только в безопасной обстановке, и в идеале со специалистом — психологом, психотерапевтом…».
Для меня такие реплики — как ожог. Я не буду делать репост этой записи, много чести «профессиональному психологу со стажем». Но это вранье.
Не знаю, вранье злонамеренное, корыстное (я тут читала мнение, что часть психологов жалеет о недополученной прибыли — сама я в это не верю, но вдруг) или от малообразованности.
Откровенность и сила общественного признания имеет огромный терапевтический эффект. Колоссальный. Это как в сказке, когда герой был невидимкой, и вдруг, кем-то замеченный, кем-то увиденный, он обретает право вернуться в мир живых. В сказках это процесс волшебный, в жизни часто ужасно больной, через слезы, злобу, обиду и горечь. Но, как бы это объяснить, даже когда нам пишут «я вообще не понимаю, зачем ЭТО ворошить» — это жестоко, обидно, неэмпатично, но мы больше не невидимки, и наше ЭТО тоже увидено.
Я не рискну сказать, что откровенность в публичном пространстве терапевтична для всех. Нет. Для многих она опасна и невыносимо постыдна. И эти многие — промолчат, почитают, посочувствуют другим (или не посочувствуют, все зависит от того, как настроены внутренние защитные фильтры в их психике). Вообще у нас обычно встроено достаточно предохранителей, которые не позволят не то что рассказать другому, но даже и осознать то, что психика пока не в состоянии переварить. Мы не можем знать, что окажется целительным для другого человека. Ни один психотерапевт не может знать.
Кому-то поможет арбуз, а кому-то свиной хрящик. Кому-то интимное пространство на двоих с терапевтом, кому-то разговор с мужем, а кому-то громкое заявление на весь мир. Мы не имеем права говорить, что «вот это точно не поможет».
Человек имеет право пробовать и искать свою целебную травку. Сам. Вообще жизнь — лучший психотерапевт. Ей часто удается так изящно и причудливо перетасовать события, опыты и переживания, так ловко подобрать людей друг к другу, что психотерапевт может только восхищенно выдохнуть да присвистнуть.
Еще сейчас профессиональные психологи со стажем (и не профессиональные, и не психологи) много говорят о ретравматизации. И тут я не буду кричать про вранье, а со всем возможным тактом скажу: коллеги, вы ведь понимаете, что такое написать подобный пост в фейсбуке? Это не выплеск сырого аффекта, а несколько часов работы. Это не просто вербализация сюжета и чувств, а формулирование опыта в письме, это великолепный инструмент самопомощи, изобретенный человечеством.
Более того, чтобы сформулировать опыт письменно в виде связного (а часто и яркого, выразительного, художественного) текста, он уже должен быть в значительной степени переработан внутри. Плюс фейсбук все-таки позволяет ставить фильтры приватности, и жонглировать ими довольно свободно. Спрятать текст изначально, или спрятать его уже после публикации.
Не рискну сказать, что ретравматизация тут невозможна. Да возможна, конечно. Ретравмироваться можно в принципе обо что угодно. И в этом я тоже вижу повод быть понежнее друг к другу. Мы все хрустальные. Неуязвимых нет. Извините, что такая банальщина.
Я убеждена, что есть те, кому сейчас невыносимо больно. Что есть и те, кто жалеет о своей откровенности. Это как человек, давно или никогда в жизни не занимавшийся растяжкой, приходит на тренировку, пытается сесть на шпагат и повреждает связки. Связки потом долго болят и медленно заживают. И мне очень больно вместе с ними и за них. Но, когда психотерапевт пишет «что это за эксгибиционизм такой», какой же это ебаный стыд за профессию.
Потому что ни одной жертве насилия стыдиться нечего. Есть смысл стыдиться, если ты неспособен к сочувствию. Вот это правда стыдно. Очень стыдно, когда ты не можешь совладать с агрессией, когда агрессия — твой главный инструмент общения с миром. Неважно, бьешь ли ты детей (или просто тех, кто слабее), насилуешь ли (неважно, детей, женщин или, опять же, тех кто слабее). Или словами насилуешь тех, кто раскрылся и уязвим (неважно, дети это, женщины или — ну вы поняли). Или врешь. Вот это стыдно так, что мама не горюй.